Объясни, любовь, то, что сама я объяснить не в силах, - должна ли я весь свой недолгий век, свой скорбный век, жить только мыслью, мыслью, не ведая того, что сердцу мило? И только ль мыслить должен человек? Ужель никто нигде его не ждёт и не тоскует по нему?