День сер, а вечер – просто полный мрак… И под ногами месиво и лужи. Как будто Город скинул чёрный фрак, Залез в постель – лежит, совсем простужен, И носом хлюпает, и пьёт горячий чай, Пытается под одеялом греться. Ему вдруг грустно станет невзначай, Задёргает вдруг каменное сердце.
День сер, а вечер – просто полный мрак… И под ногами месиво и лужи. Как будто Город скинул чёрный фрак, Залез в постель – лежит, совсем простужен, И носом хлюпает, и пьёт горячий чай, Пытается под одеялом греться. Ему вдруг грустно станет невзначай, Задёргает вдруг каменное сердце.
Я взвешиваю мир. Сходя с ума, в постели, Я чую сладостно, как в мраке и тиши Мышленья мерные и чёрные качели, Как виселица в тьме, качают Божьи цели И ужас вскрикнувшей и смолкнувшей души.