Позволь порекомендовать тебе еще одну книгу для твоего шкафа, Барни. Жизнь Генриха Гейне, которого на смертном одре его любимые умоляли попросить у Бога прощения перед смертью. Но старый добрый Генри сказал: «Бог обязательно меня простит. В конце концов, это его долбанная работа».

Женщина, не забывающая о Генрихе Гейне в тот момент, когда в комнату входит ее возлюбленный, любит только Генриха Гейне.

— Марина Цветаева

Министр Геббельс исключил Генриха Гейне из энциклопедического словаря. Одному дана власть над словом, другому — над словарем.

— Дон-Аминадо

Все тебя любят на смертном одре.

На смертном одре все тираны хороши.