Он, русский сердцем, родом итальянец, Плетя свои гирлянды и венцы, В морозных зорях видел роз румянец И на снегу выращивал дворцы. Он верил, что их пышное цветенье Убережет российская зима. Они росли — чудесное сплетенье Живой мечты и трезвого ума. Их тонкие, как кружево, фасады, Узор венков и завитки волют Порвали в клочья злобные снаряды, Сожгли дотла, как лишь безумцы жгут. Но красота вовек неистребима. И там, где смерти сузилось кольцо, Из кирпичей, из черных клубов дыма Встает ее прекрасное лицо. В провалы стен заглядывают елки, Заносит снег пустыню анфилад, Но камни статуй и зеркал осколки Всё так же о бессмертье говорят!