— Знавал я одного испанца. Звали его по-испански... — Эль-Матадор дель Мар. Морской мясник. — Этот? Нет, нет. Этот, по части, мёртв. Очень-очень мёртв. Сгинул с кораблём.
Когда умерла бабушка Макса, его папа сказал, что бабушка будет жить в сердце Макса и что, пока они помнят о бабушке, она жива в их памяти. Это были замечательные слова, и, наверное, Максу стало немного легче, только вот бабушке Макса легче не стало. Она умерла, и, даже если у Макса в сердце она жива, ее все равно больше нет. Ей безразлично, что творится в сердце Макса, потому что ей теперь вообще все безразлично. Все так волнуются за живых, а по-настоящему плохо тем, кто умер.
