Видите ли, настоящее — это единственная вещь, которой можно лишиться. Вспомните Блаженного Августина: всё в настоящем, даже прошлое, называемое памятью, и будущее, являющее собой ожидание. Или боязнь грядущего, если вам так больше нравится...

У памяти нет будущего в прошлом.

Прошлого уже нет, а будущего ещё нет. Ровным счётом нет ни того, ни другого. Есть только момент, который постоянно уносит в прошлое и мы лишь в состоянии либо продлить его, либо оставить его в своей памяти и хранить там, что бы он помогал нам и согревал.

А как могут эти два понятия времени, прошлое и будущее, существовать, когда прошлого уже нет, а будущего еще нет? Но если бы настоящее оставалось настоящим и не уходило в прошлое, то это уже не было бы настоящим, а вечностью. С другой стороны, никогда не было такого времени, когда времени не было. Но если настоящее существует для того, чтобы стать прошлым, как мы можем говорить, что оно вообще существует, если сама его суть вскоре утрачивается? Или мы должны утверждать, что время существует только потому, что оно стремится исчезнуть? Совершенно ясно, что прошлое и будущее вообще не существует. Прошлое не существует, потому что его уже нет. А будущее не существует, потому что оно еще не возникло. Должен ли я поэтому говорить, что существует только одно время — настоящее? Или мы должны утверждать что существует три различных времени? А именно: настоящее прошедшего, настоящее настоящего и настоящее будущего. Время, которое я могу пережить — настоящее время. Но в своей душе мы ощущаем три разных времени: настоящее прошедшего — это память, настоящее настоящего — это созерцание, и настоящее будущего — это ожидание.