Знаешь, вчера вечером я почувствовал себя рабочим из черного от копоти предместья, который вдруг увидел перед собой луг и ручей с белыми камешками. Я тут же зажмурил глаза, чтобы сберечь чудесное виденье. Свежий мой ручеек с белыми камешками, поющая вода, моя любимая… Антуан.
Знаешь, вчера вечером я почувствовал себя рабочим из черного от копоти предместья, который вдруг увидел перед собой луг и ручей с белыми камешками. Я тут же зажмурил глаза, чтобы сберечь чудесное виденье. Свежий мой ручеек с белыми камешками, поющая вода, моя любимая… Антуан.
Руки рабочих в масле и в саже, Руки богатых белее и глаже. Нежные пальцы, светлые ногти. Нет на них копоти, масла и дегтя. Знаешь: пускай у них кожа бела, Очень черны у богатых дела!
Я помню домик у реки, Сосновый лес вокруг. Овраг, в котором тек ручей, И за рекою луг. И нас, по целым Божьим дням Плескавшихся в реке. И мамин смех, и сосен шум, И камешки в руке.
Любовь — наивный ручеек, что струится по камешкам, меж трав и цветов, но вот ручей становится речкой, рекой, меняет свою природу и вид от каждого нового притока, затем впадает в неизмеримый океан, который умам несовершенным кажется лишь однообразием, а великие души погружает в бесконечное созерцание.
