Ревёт в турбинах мощь былинных рек; Ракеты, кванты, электромышленье... Вокруг меня гудит двадцатый век, В груди моей стучит его биенье. И если я понадоблюсь потом Кому-то вдруг на миг или навеки, Меня ищите не в каком ином, А пусть в нелегком, пусть в пороховом, Но именно в моем, двадцатом веке. Ведь он, мой век, и радио открыл, И в космос взмыл быстрее ураганов, Кино придумал, атом расщепил И засветил глаза телеэкранов.
— Эдуард Аркадьевич Асадов