Что ни говори, а люди верят лишь в то, во что сами хотят верить.

Я хочу думать, что Богу все равно, верят в него люди или нет, говорят о нем или молчат. Он — Бог, и он не должен интересоваться такими мелочами.

Он верил во всеобщее равенство. Ему было нелегко принять, что все не могут быть равны. Что сама идея того, чтобы подняться, стать лучше других — уже исключает равенство. Друзья не могут быть равны. Поэтому он раздавал столько вещей, со всеми делился, разрешал приятелям жить у него, брать у него вещи, давал им деньги, потому что верил в эту идею.

Это все равно что говорить с самой враждебной на свете кирпичной стеной.