Грозит мышь кошке, да издалече (из норы).

Слов, действительно, было не нужно, но на душе скребли кошки и... было чертовски больно...

На душе скребли кошки — и печаль, ранее светлая, превращалась в глухую тоску, становясь с каждой минутой все темнее, словно там, внутри, садилось солнце.

Как можно так безмятежно улыбаться, когда на душе не то что кошки — целые тигры скребли? Кого я пыталась обмануть, окружающих или все же себя?