Глядя на тебя, обнимая тебя, целуя тебя, думая о тебе, у меня вырываются три слова. Но, по какой-то причине, я не могу сказать это вслух. Или опасаюсь. Ведь, быть может, сказав это, все растворится и станет обыденным, а, быть может, я пожалею о сказанном и пойму, что, все-таки, это не так. И тогда точно все уйдет, исчезнет, канет.

— Все в порядке? — Вчера он буквально скинул на меня гигантскую бомбу. — Он расстался с тобой? У него есть кто-то еще? Ты можешь рассказать мне все. Я бармен! — Он сказал, что любит меня. — Как он посмел!

Крюгер, вставай, сестра сексуального милосердия к тебе все равно не придет, можешь не валяться.

Я не знаю, какой у меня браузер. Скорее всего очень сексуальный.