Не мстить зову — довольно мстили. Уймись, страна! Устройся, быт. Мы все друг другу заплатили За всё давно, - и счёт закрыт. Ну что с них взять - с больных и старых. Уж было всё на их веку. Я с ними сам на тесных нарах Делил баланду и тоску. Они считали, что безвинны, Что их судьба, — как с неба гром. Но нет! Тому была причина — Звалась: великий перелом. Предмет их гордости... Едва ли Поймут когда-нибудь они, Что всей стране хребет сломали И душу смяли ей — в те дни - Когда из верности науке, Всем судьбам стоя поперек, Отдали сами — властно — в руки Тем, кто не может, тех, кто мог. Чтоб завязалась счастья завязь, Они — в сознаньи вещих прав, - Себе внушили веру в Зависть, Ей смело руки развязав. В деревне только лишь... Конечно! Что ж в город хлынула волна? Потоп! Ах, где им знать, сердечным, Что всё вокруг — одна страна. Что в ней — не в тюрьмах, в славе, в силе, Они — войдя в азарт борьбы, Спокойно сами предрешили Извивы собственной судьбы. Кто б встал за них — от них же зная, Что совесть гибкой быть должна. Живой страны душа живая Молчала в обмороке сна. Не от побед бывают беды, От поражений... Мысль проста. Но их бедой была победа. - За ней открылась — пустота.
— Наум Коржавин