Иванов. Чего тебе — всё-таки? Моя жена не железная копилка для добродетели... Все люди, брат, сейчас раненые, — зачем же упрекать жену, если её поранила жизнь и судьба. Не одни же осколки и пули бьют человека. Белоярцев. Так-то оно так... Моргунов. А сердце всё же свербит! Сердце ведь сволочь!
Иванов. Чего тебе — всё-таки? Моя жена не железная копилка для добродетели... Все люди, брат, сейчас раненые, — зачем же упрекать жену, если её поранила жизнь и судьба. Не одни же осколки и пули бьют человека. Белоярцев. Так-то оно так... Моргунов. А сердце всё же свербит! Сердце ведь сволочь!
... Общественное мнение полагало, что жене равно необходимо и иметь любовников и говорить о добродетели, так же как мужу равно необходимо брать взятки и говорить о справедливости.
Ты разбивал на осколки, на меленькие осколки, Моё горячее сердце... Такое хрупкое сердце... Изысканно... Ты разбивал на осколки, на меленькие осколки, И закрывалась дверца... Моя открытая дверца... Лишь для тебя... Ты разбивал на осколки, на меленькие осколки, И я не знала, как дальше... Как без тебя мне жить дальше...? Без тебя... Ты разбивал на осколки, на меленькие осколки, Моё горячее сердце... Такое хрупкое сердце... Изысканно...
