Глаза его были как целый мир. Как заброшенная планета.

Чистые пруды, застенчивые ивы, Как девчонки смолкли у воды, Чистые пруды, веков зеленый сон, Мой дальний берег детства, Где звучит аккордеон.

— Разве можно обращаться со своей родной дочерью как с какой-то тряпкой? — Нет, не с какой-то тряпкой. Как со свитером, с кашемировым свитером.

Сегодня, когда посетил свою родную школу в Центарое, я вспомнил, как отказывался носить красный галстук. Это был мой детский протест против антирелигиозной кампании СССР.