Так, чувства, костер эмоций. Горит – приятно, перегорит – сдунешь пепел и дальше живешь.

Игнатов не понимал, как можно любить женщину. Любить можно великие вещи: революцию, партию, свою страну. А женщину? Да как вообще можно одним и тем же словом выражать свое отношение к таким разным величинам – словно класть на две чаши весов какую-то бабу и Революцию? Глупость какая-то получается. Даже и Настасья – манкая, звонкая, но ведь все одно – баба. Побыть с ней ночь, две, от силы полгода, потешить свое мужское – и все, довольно. Какая уж это любовь. Так, чувства, костер эмоций. Горит – приятно, перегорит – сдунешь пепел и дальше живешь. Поэтому Игнатов не употреблял в речи слово любить – не осквернял.

Ушедшее чувство как прогоревший костер. Когда горит — красиво. А когда пепел — не на что смотреть: пыль и прах.

Вчерашнего добра и чувств не помня, любовь свежа и дышит этим днем, не станет она, чувства утверждая, вестись на прошлый пепел и костер.

Ты не пепел истории — ты её пламя. Гори так, чтобы осветить путь потомкам…