— Ещё один смертный, которого я раздавлю. — Если поймаешь меня. — Я раздеру твою душу на части.

Я сокрушен, раздавлен, я жду у твоих ног — добей меня. Есть такой предел боли, когда теряешь всякую гордость.

Кто-то скажет: «Бред». Кто-то скажет: «Муть». «Это что за жуть»? «Что за чепуха?» Я отвечу: «Нет». Я отвечу: «Ха». После взрыва мин, мир мой — не труха, мир мой — пластилин!

– Помнишь, я в прошлый раз спрашивал: «У тебя совесть есть?!» – Помню. Ты спрашивал, а я и тогда ответил, и сейчас отвечу: «Есть у меня совесть!» Только разная она, совесть, – у каждого своя…