— Ты можешь пригласить, кого хочешь. Кроме сам знаешь кого. — Волан-де-морта?

Волан-де-Морт — это моё прошлое, настоящее и будущее, — произнёс с расстановкой Реддл.

— Мне немного стыдно за то, что я столько лет подавлял себя... — О чем ты говоришь? — Я говорю про маму. — Так дело в твоей маме? — Я должен, Сол. Я должен ей признаться. — О Боже! Не надо! Ты ничего не должен этому ирландскому Волан-де-Морту!

— Северус Снегг служил не тебе, — сказал Гарри. — Он был на стороне Дамблдора с той самой минуты, как ты стал преследовать мою мать. А ты так ничего и не заметил, потому что это как раз то, чего ты не понимаешь. Ты видел когда-нибудь, как Снегг вызывает Патронуса? Волан-де-Морт не ответил. — Патронус Снегга — лань, — сказал Гарри, — как у моей матери, потому что он любил её всю жизнь, с самого детства. — Гарри увидел, как затрепетали ноздри Волан-де-Морта. — Разве он не просил тебя пощадить её? — Он хотел её, вот и всё, — насмешливо сказал Волан-де-Морт.