За то, что детскую мечту о справедливой светлой эре вот-вот химерою сочту в угоду нынешней химере, - я сам себя, замкнувши двери, дослав единственный патрон, приговорил бы к высшей мере, не будь уже приговорён. За то, что я утратил ту, со взглядом рыси, смехом пери, и не подался в темноту за ней, как Данте Алигьери, - в подобное, увы, не веря, я сам себя (прими, Харон!) приговорил бы к высшей мере, не будь уже приговорён. За то, что истово плету балладу в заданном размере, вбивая рифмы в хрипоту околевающего зверя, - я, горло к лезвию примеря, себя, как некогда Нерон, приговорил бы к высшей мере, не будь уже приговорён. Сержант! Пиши: в безлюдном сквере я сам себя под крик ворон приговорил бы к высшей мере, не будь уже приговорён.
— Евгений Юрьевич Лукин