Нефритом украшена цитра моя, И струн на ней пятьдесят. И все эти звонкие струны со мной О давних днях говорят. Мудрец Чжуан-цзы в глубоком сне Сияющей бабочкой был. Ван-ди после смерти все чувства свои В лесную кукушку вселил. А в южных морях под взором луны Текут жемчуга по щеке. На синих полях под лучом дневным В прозрачном яшма дымке. О всех этих чудных явленьях не раз Придется мне размышлять. Но надо признаться, сейчас на моей Душе печали печать.

Чжуан-цзы и Хуэй-цзы прогуливались по мосту через реку Хао. Чжуан-цзы сказал: «Как весело играют рыбки в воде! Вот радость рыб!» — Ты ведь не рыба, — сказал Хуэй-цзы, — откуда тебе знать, в чем радость рыб? — Но ведь ты не я, — ответил Чжуан-цзы, — откуда же ты знаешь, что я не знаю, в чем заключается радость рыб? — Я, конечно, не ты и не могу знать того, что ты знаешь. Но и ты не рыба, а потому не можешь знать, в чем радость рыб, — возразил Хуэй-цзы. Тогда Чжуан-цзы сказал: «Давай вернемся к началу. Ты спросил меня: Откуда ты знаешь радость рыб? Значит, ты уже знал, что я это знаю, и потому спросил. А я это узнал, гуляя у реки Хао»

Ночная кукушка дневную перекукует.

Лесная кукушка… Всем назначает жизни срок. Люди охотно верят…

Как гласит наша аргентинская народная пословица: «Ночная кукушка дневную перекукует».