Человек — Хосе. Человек родил Хуана. Человек, который Хуан, родил Хуана и Хосе. Два человека, те, которые Хуан и Хосе, но Хуан, которого родил Хосе, а Хосе не тот, которого родил Хуан, ушли в другую деревню, где Хосе родил Хуана, а Хуан — Хосе, Хосе Аркадио, Аурелиано Аркадио, Хосе Аурелиано и Пруденсио. Но, чтобы не усложнять сюжет, Пруденсио далее в книге не упоминается.

Через несколько часов, обессилевший от длительного бодрствования, он вошел в мастерскую Аурелиано и спросил: «Какой сегодня день?» Аурелиано ответил ему, что вторник. «Я тоже так думал, — сказал Хосе Аркадио Буэндиа, — но потом заметил, что все еще продолжается понедельник, который был вчера».

Пуля чинов не разбирает.

В этом даже птицами брошенном Макондо, в котором от постоянной жары и пыли было трудно дышать, Аурелиано и Амаранта Урсула, заточенные одиночеством и любовью и одиночеством любви в доме, где шум, подымаемый термитами, не давал сомкнуть глаз, были единственными счастливыми человеческими существами и самыми счастливыми существами на земле.