В беседе хладной, повседневной Сойтись нам нынче суждено. Как было б горько и смешно Теперь назвать тебя царевной! Увы! Стареем, добрый друг, И мир не тот, и мы другие. А между тем в каморке тесной. Быть может, в этот час ночной Читает юноша безвестный Стихи, внушенные тобой.
— Владислав Ходасевич
