Когда она жаловалась мне, я не знал, что сказать. Соврал бы, произнеси я слово «Понимаю», но не хотел делать ей больно различными фразами. В такие моменты ей, видно, и так было тяжко. И я нашел выход — молча слушал ее до тех пор, пока она не выговорится. Когда она немного остывала, я обнимал ее за плечи, прижимал к себе и гладил по голове, приговаривая: «Успокойся. Я с тобой». И она, как правило, успокаивалась и обнимала меня тоже.
— Валерия Сидельникова