И земля становится все краше, И душа все радостней поёт. Нам навстречу будущее наше, Словно солнце вешнее, встаёт! Словно солнце вешнее восходит, Чтоб весь мир согреть и обласкать. Наше счастье рядом с нами ходит, Нам его не надобно искать.

Комбат-батяня, батяня-комбат, за нами Россия, Москва и Арбат. Огонь, батарея!... Огонь, батальон! Огонь! Огонь!! Огонь!!! Огонь и я...

Мне очень трудно не назвать Москву, потому что это было бы неблагодарно. Я не могу сказать, что люблю Москву, и не могу сказать, что мне в нынешней Москве уютно. Но я радуюсь всегда, возвращаясь сюда, как у Окуджавы «Родина — есть предрассудок, который победить нельзя». Вернувшись сюда, я сразу в Москве начинаю чувствовать страшно-давящую здесь какую-то слизистую медузу, которая висит между небом и городом, которая давит и страхом, и неопределенностью, и злобой на всех живущих здесь... Но это же не вина Москвы, это так образовалось, это может быть такая защита Московской власти стоит над этим городом, такой кинговский купол, чтобы ничто живое и веселое не могло сюда протиснуться.

Четвертые сутки пылают станицы, Горит под ногами Донская земля. Не падайте духом, поручик Голицын, Корнет Оболенский, налейте вина.