О злодействах помнят, о добродетелях забывают. Мы говорим о Нероне и Калигуле... Кто помнит королей-миротворцев? Наша чернь, Марго, что уличная девка — чем больше бьёшь, тем больше ей любезен.
О злодействах помнят, о добродетелях забывают. Мы говорим о Нероне и Калигуле... Кто помнит королей-миротворцев? Наша чернь, Марго, что уличная девка — чем больше бьёшь, тем больше ей любезен.
Город помнит и разнузданный разврат при Тиберии, и неслыханные ужасы при Калигуле, и свое сожжение Нероном. Стены еще хранят крики его обезумевших жителей, метавшихся в диком страхе во время нашествий вандалов и вестготов.