В глуши пустой твоё прошепчут имя с почтением, но также и тоской, Ведь души наши дикие ручными никто не сделал бы, кроме тебя, — такой Урок твой был, о древний бледный страж. Ты нас учил — мир изменился наш: Ты разум насекомым дал и силы, о коих и в мечтах мы не просили.