Моё одеяло грусти накрывает меня. Ты — моя боль, моё безумство. От непонимания кроет. Моё одеяло грусти превращается в тёплый, пропитанный нежностью плед, под который мы ложимся вместе, смотрим фильм. Ты гладишь меня по волосам. Теперь я понимаю.
Отец заходил в комнату Итана и включал свет, иногда шутливо сдергивал с него одеяло, иногда громко пел, а один раз, когда сын не хотел вставать, подсунул ему в постель пакет с замороженной брокколи.