Мне казалось, кончился не только тот незнакомец, не только, завтра или после завтра, кончусь и я, закрытый, закопанный в грязь среди смущения и лжи участников процедуры, нет, так кончилось все, вся наша культура, вся наша вера, вся наша жизнерадостность, которая была очень больна и скоро там тоже будет закрыта. Кладбищем был мир нашей культуры.
— И, значит, я не смогу делать настоящие скрипки? — Скрипки не делают. Делают бочки и скамейки. А скрипки, как хлеб, виноград и детей рождают и выращивают.
