Если мы сейчас продадимся, то сколько будет стоить наше достоинство в следующий раз? Две тысячи долларов? Или меньше? Или сколько дадут?

В моей старой голове две, от силы три мысли, но они временами поднимают такую возню, что кажется, их тысячи.

— Револьверы…[презрительно]. — Да, револьверы… [виновато]. — Револьверы. [смахивает товар со стола] — Но лучшие я держу здесь. Вот Ремингтон, Кольт, Рут, Смит и Вессон, флотский Кольт, Джослин, ещё Ремингтон... — Хватит! — Патроны! — Опробовать можно во дворе. — Патрон. [выбрав и испытав револьвер, заряжает патрон и прокрутив барабан] Сколько? — Двадцать долларов. — Нет. [Туко направляет не глядя на оружейника револьвер] — Пятьдесят долларов. — Сколько? [Туко взводит курок] — Сто долларов... Двести долларов... это всё, что у меня есть.

— Одинокая женщина в Бирмингеме с десятью тысячами долларов наличными? — У нее есть револьвер. — Ах да... — Вы не доверяете женщинам? — Я не доверяю Бирмингему.