Генри Миллс: — Не понял, почему вы в постели? Ещё даже не вечер. Мэри Маргарет: — Путь домой был долгим — я отдыхаю. Дэвид Нолан: — А я это... помогаю отдыхать. Эмма Свон: — Идём готовить тако, наготовить надо целую гору! Представь, сколько народу соберётся у бабушки! [Генри уходит на кухню] Мэри Маргарет: — Мы вас не ждали так скоро... Эмма Свон: — Да? Ну извините! Может, в другой раз повесите носок на дверь или... черкнёте смс? В общем, я пошла делать тако. Дэвид Нолан: — Ты представляешь? Мы ещё вполне успеваем травмировать нежную психику нашей дочери...

Белоснежка: — Ну, рассказывай. Эмма Свон: — Вы что, не спите? Белоснежка: — Ждем подробного отчета. Дэвид Нолан: — Но кое-какие подробности, конечно, можно опустить. Белоснежка: — Как посидели, куда-нибудь потом ходили, поцеловались? Дэвид Нолан: — Что, например, мне нисколько неинтересно.

— Как мне поверить человеку, который сам не верит в любовь? — Теперь верю. — Тогда поклянись. Женщина, что разбила тебе сердце, ты её любишь? — Да. — Тогда поклянись её именем. — Клянусь Эммой Свон.

Мэри Маргарет: — Но это же будет обман! Киллиан Джонс: — Вовсе не обман, а неразглашение тайны до её выяснения. Мэри Маргарет: — Тайны только отдаляют нас от тех, кто нам дорог. Дэвид Нолан: — Бывает, что и оберегают от страданий.