Я не расист, но с фактами не поспоришь: у черных толстые губы, белые не умеют танцевать.

— Как же это тебе, расисту, может нравиться «Мотаун»? — завывает он. — То есть, я хочу сказать, как ты можешь быть расистом и любить Марвина Гэя? — Марвин Гэй не черный. — Что ты говоришь? — Для меня он не был черным. Черным был тот хер, который его убил. Вот он был гребаным ниггером. — Но его же убил собственный отец! — Да. Черный.

— Ого, я не зала, что эльфы — расисты. — Мы не расисты! Как лучшая раса на свете может быть расистами?

Они не допускали до себя ни одной мысли – с помощью полицейского кордона.