Трусливый сатирик высмеивает лишь себя самого.

Если преступление обладает утонченностью, присущей добродетели, то не выглядит ли оно порой даже высоким и, в какой-то степени, величественными, превосходя в привлекательности изнеженную и унылую добродетель?

Сатирик, который плюет по ветру, оплевывает самого себя.

Старухи и дети! Вот хранители скудной мудрости, которой обладает этот народ.