С ослами будь ослом — не обнажай свой лик! Ослейшего спроси — он скажет «Я велик!» А если у кого ослиных нет ушей, Тот для ословства — явный еретик!

— МЕРЛИН! — Избавься от него. — Гаюс, не видел моего никчемного слугу? — Боюсь, нет. — Точно? — Может, он в таверне? — Таверна, конечно... Ну, он у меня попляшет! [Артур уходит] — Зачем про таверну-то? — Сказал первое, что пришло в голову. — В следующий раз говори второе.

Довольно! Я стараюсь быть милым с Артуром, готовлю, убираю, всегда приветлив, не говоря уже о такой мелочи, что я не раз и не два спасал ему жизнь. И никакой благодарности, нет, только кричит. А теперь ты меня игнорируешь. Здорово, будто меня нет. Привет, я Мерлин, но ничего — я невидимка!

— Я хочу, чтобы в Камелоте царила справедливость. Чтобы уважение к человеку не зависело от его происхождения. — Меня это касается? — Конечно. — И, что? Ты больше не будешь меня бить? — Когда это я тебя бил? — Постоянно. — Это же не побои, Мерлин, это так, дружеские, ласковые подзатыльники. — А, можно тогда я тебя «приголублю»? — Попробуй. [Мерлин дает Артуру подзатыльник] — Что это было? — Ну... дружеский подзатыльник. — Нет, Мерлин, надо не так. Сейчас покажу.