К чему же грусть? к чему стенанья? Беги печали и тоски. Ужель до гробовой доски Твои товарищи — страданья?

Мы, одиночества стесняясь, от тоски бросаемся в какие-то компании, и дружб никчемных обязательства кабальные преследуют до гробовой доски.

Повсюду снег, и смертная тоска, и гробовая, видимо, доска. Убить себя? Возможно, не кошмар, но хоть повод был бы, такового нет. Самоубийство — в восемнадцать лет ещё нормально, в двадцать два — вульгарно...

Люди мечтают о друзьях — в доску, и о любви — до гробовой доски.