С гением все понятно «и больше нет ничего, все находится в нас», но как быть с остальными, на которых внешний мир влияет?

Я с вермутом. Я с пивом. Я с сигаретами. Я с духами. Я с лимонами. Я с дрянью. Я с сюрреализмом. Я с твоим шарфом. Я с гримасами. Я с ничем. Я без ничего. И тебя больше нет.

Мы не можем похвастаться мудростью глаз И умелыми жестами рук, Нам не нужно все это, чтобы друг друга понять. Сигареты в руках, чай на столе — так замыкается круг, И вдруг нам становится страшно что-то менять.

... Нет ничего столь саморазрушительного, нет чувства столь же презренного, как ревность.