Первые тридцать пять лет своей жизни я был растерян: я не знал, чего я хочу и кто я. Я страдал от одиночества и сам загонял себя в могилу: пил, ел всякую гадость, спал мало, курил как паровоз. Когда родные пытались меня остановить, я не понимал, думал, всё это глупости. Но их слова засели у меня в голове. Если б я продолжал в том же духе, точно бы ноги протянул.