Не избежать и мне сего удела: Душа моя отринется от тела И пустится в тот страшный, без предела Далекий путь неведомо куда. Обступят душу сонмы бесов разных, Ужасных сутью, ликом безобразных, Еще страшней сомнений тех опасных, Что бесы мне внушали иногда. Душа моя окажется в их власти, Сулящей ей лишь беды и напасти, И душу раздерут мою на части, Чтоб ей пропасть, исчезнуть без следа. Те бесы с адской злобою во взгляде, Начнут огонь вздувать и крючья ладить, Кружиться станут спереди и сзади, Повсюду — слева, справа — вот беда! В том мире тесном, мире помрачневшем Придется худо душам отлетевшим, Стыдом отягощенным, многогрешным, Не ждавшим в жизни Страшного суда. И, проявив бесовское старанье, Припомнят бесы все мои деянья И станут мне готовить наказанье, Для коего и брошен я сюда. Но перед тем как дьявол завладеет Моей душой, как телом Моисея, Быть может, скажет ангел, мрак рассея: «Господь его прощает навсегда!»