Роса — как бисер на канве, Овины стынут у околиц... Но вот под лесом в синеве Сверкнул небесный богомолец. И на поляны потекли С высот серебряные нити: И тонок тёплый сон земли И зыбок чуткий шорох в жите… Поздней — забьют перепела, И ночь дохнёт глубокой грудью И снимет с влажного чела Повязку смерти на безлюдье... И этот красный ржавый нож Рукой невидимою сдвинув, О ночь, усладу ты найдёшь - Там, — у околиц, у овинов!..

Город, как море, никогда не утихает. Ночь схлынула, и по улицам потекли утренние звуки.

— Лиза Си

Сегодня я буду кутить. Весело, добродушно, со всякими безобидными выходками. Приготовьте посуду, тарелки — я буду все это бить. Уберите хлеб из овина — я... подожгу... овин.

— Король (Евгений Леонов)

Небо всю ночь Крупным серым бисером свысока сыпало. Но зачем? Перед кем? Перед спящими свиньями, Глупыми свиньями!

Упиваюсь каждым твоим взглядом, жгучестью желанья и речей, нам уединение услада в нежном черном бархате ночей...