Я повторял в страшных судорогах агонии собственной страсти ее имя, желая обладать только ей, но строптивая натура впервые пробудила во мне собственнические позывы...

И сжимая в судорогах нежные простыни, я изнемогала от горящего во мне огня страсти, что требовал своего выхода.

Самые страшные враги человека суть часто его собственные страсти.

— Императрица Мария Фёдоровна

В порывах страсти и сгорая в агонии своего безумства, ты гордилась собой.

Несчастливые школьные годы пробудили у Филипа страсть к самоанализу; этот порок, въедливый, как наркомания, завладел им, и он стал беспощаден в оценке собственных чувств.

— Уильям Сомерсет Моэм