И все они играют на поле для гольфа, И пьют свой сухой «Мартини». И у всех них замечательные дети. И дети ходят в школу, И дети ездят в летний лагерь, А затем ходят в университет, Где их помещают в классы-коробки, И они выходят оттуда все одинаковые.

Вот коробки на пригорке, Маленькие дома-коробочки, построенные of ticky tacky [из дешевого, непрочного материала]. Маленькие дома-коробочки на склоне холма, Маленькие дома-коробочки все одинаковые. Есть зеленый домик и желтый, Синий и вот красный, И все они построены of ticky tacky [из дешевого, непрочного материала], И все они выглядят совсем одинаково.

Я слышу — война, газ, чума, человечество, построим здесь города... Мы найдем человеческий материал! А я не хочу никакого человеческого материала, я хочу просто людей, а больше всего одного человека. А затем домик в Швейцарии и — будь прокляты идеи, войны, классы, стачки...

— Я знаю одного доктора на Пятьдесят восьмой улице. — Доктора Маршалла? — О Боже, ты тоже к нему ходишь? — Издеваешься? Этот нос был спонсором его летнего домика.