Я не любила, чтобы меня жалели, и не любила жаловаться; у меня была слишком гордая душа, и одна мысль быть несчастной казалась мне невыносимой.

В моей жизни так много переменилось, что мне казалось, будто везде всё должно стать иным.

Христианское решение находить мир безобразным и скверным сделало мир безобразным и скверным.

Я не хочу, чтобы украинцев и Украину жалели, мечтаю, чтобы нас уважали во всем мире.