Пора смириться с очевидным: тебе никто не нужен. Да и ты никому не нужен, если быть честным до конца. У тебя нет ничего общего с этими людьми, кроме твоего детского желания видеть вокруг себя улыбающиеся знакомые лица...

В детстве у нас не было никого, кроме друг друга. Когда мы выросли, у тебя появились дети и Уилл. А у меня всё ещё нет никого, кроме тебя.

Жил-был маленький Паровозик, который смог. И вот однажды в глубине джунглей он ехал во вражеский тыл — чих-чих-чих-чих, чих-чих-чих-чих, тюууу-тюууу! Паровозику был дан приказ доставить ящики с винтовками М-16 и боеприпасы на плацдарм, который оборонял 263 батальон. Надо ли говорить, что врагов кругом была тьма тьмущая. Думаешь, это остановило Паровозика, который смог? Да черта с два! Он ехал себе и ехал — чих-чих-чих-чих, чих-чих-чих-чих, тюууу-тюууу! Даже когда враги залезли в кабину и выдавили глаза машинисту. И того кровища течет вперемешку с соплями. Но думаешь это остановило Паровозика? Правильно! Он так и ехал дальше — чих-чих-чих-чих, чих-чих-чих-чих, тюууу-тюууу! И всё бы ничего… Да гуки заложили под мост два кило пластида. И как раз когда Паровозик переезжал через реку — БААМ!!! Взрыв! Кругом кровавое месиво, кишки разбросаны, и тут откуда-то выползает мой друг Буба, без обеих ног. Ему больно! Но он подползает и говорит мне: — Пееейн! Я ног не чувствую… — Буба, у Тебя их нет! Гляжу, а культи у него дергаются быстро-быстро, вот так! Я говорю: — Буба! До ближайшего городка 30 миль. Если не можешь перевернуться вниз головой и бежать на руках, значит Тебе крышка! И тут вдруг отовсюду гуки как повыскакивают, а у меня из оружия один пистолет. Но делать-то нечего… Надо прорываться! Аааа!!! Умри, падла, умри! Майор Бенсон Уинфред Пейн живым не сдается! Это тебе за моего друга!

— Я каждый день хочу исчезнуть с лица земли, — говорит он. — Чего тебе не хватает? — Мне хватает всего, кроме самого себя.