Несчастья наши как раз в том, что наша эпоха стала ничем иным, как «временем», которое нетерпеливо, которое ничего не желает слушать о вечности, которое жаждет превратить вечное в лишнее, что однако не удавалось во веки веков.

Для нас нет ценнее исторического наследия, чем родной язык. Следовательно, нет и долга выше, чем дорожить им как своей жизнью.

В дурачке, который ходит у нас по улице, больше времени — эпохи, чем в каком-нибудь министре.

Нашим внукам любопытно будет узнать социальные основы эпохи, которую они назовут «былыми временами».