Папа как-то сказал, что слова прощания — «самое возможное из всего невозможного», потому что говорить их никогда не хочется, но глупо было бы этого не делать, если есть возможность.

Я время от времени узнаю цену молчания. Теперь я понимаю, что нельзя говорить открыто со всеми, иногда нужно думать, что сказать, иногда с улыбкой и молчанием, чтобы дать подходящий ответ.

В тяжёлые времена нельзя суетиться и нельзя отчаиваться. Надо потихоньку стараться делать то, что возможно, — сказал он.

Он был моим эхом. Все, что я делаю, теперь звучит глухо, — сказала Эстель.