Отныне единственное начальство, с коим я готов заключить бессрочный контракт, это Господь Бог.

Одни поэты свято верят в мысль, Что обнимает мир единым словом, Другие — в высшее воображенье Иль память о единственной любви.

В мире столько безумия, что извинить бога может лишь то, что он не существует.

— Из всех моих почитателей остались лишь двое. Скажи мне, предпоследний, чем докажешь ты своё существование? Без промедления извлёк я свой клинок и вонзил его в грудь того, что стоял подле меня, и ответил без страха: — Спроси того, чья кровь ныне стекает по моему клинку, действительно ли я существую. — Ответь мне, ныне последний из моих почитателей, почему ты остался, когда других не стало? — Я жив, потому что другой мёртв. Я существую, потому что имею к тому волю. И я останусь, пока остаются следы моих деяний, такие как кровь, капающая с этого клинка.