Голос в трубке. Замерло сердце. Чувства, оказывается, живые. Так громко скрипнула прошлого дверца, что рухнули гордости часовые.
— Станислав Столичный
Голос в трубке. Замерло сердце. Чувства, оказывается, живые. Так громко скрипнула прошлого дверца, что рухнули гордости часовые.
— Станислав Столичный