Больше я ничего не смогу сделать для тебя. Всё, что я смог — научил тебя убивать.

Раньше для одних людей смерть была просто прекращением жизни, как ветер, задувающий огонек. Для других она была обещанием надежды. Сейчас же все знали, что смерть – это предельное наказание.

Древние греческие герои плакали больше, чем какая-нибудь сентиментальная дура наших дней. Они знали, что этого заглушить в себе нельзя. А сейчас наш идеал – абсолютная бесчувственность статуи.

— Я верю, что мы можем сделать Даунтон уютным гнездом для наших детей, если у нас будут дети. Но я смогу это сделать лишь если ты будешь со мной. — Но как же папа? Я люблю его. — Люби его, дорогая. Но верь в меня!