— Сколько всего сторон, в которые можно ходить? — Четыреста восемнадцать миллиардов двести сорок пять миллионов семьсот двадцать три тысячи пятьсот восемьдесят шесть.

— Доверьтесь мне, я вам за это заплачу. — Сколько?! — Сто долларов. — Пятьсот! — Двести! — Пятьсот! — Триста! — Пятьсот! — Четыреста! — Пятьсот! — Хорошо! Пятьсот. — Пятьсот пятьдесят! — Хорошо, пятьсот пятьдесят долларов.

Театр превосходно обходился без режиссеров приблизительно две тысячи пятьсот тридцать пять лет.

— Сколько я могу ему уступить? — Крайняя уступка – две тысячи. Самая крайняя – две тысячи двести. Если нельзя будет никак иначе – две тысячи пятьсот. Если ты увидишь, что перед тобой сумасшедший, – две шестьсот. Но тогда скажи, что мы будем проклинать его веки вечные.