Я подумал, что, раз я много читаю, я уже гений, потому что гении много читают, значит я великий читатель, а, значит, я уже великий писатель, потому что, кто много читает, тот уже великий писатель, значит я уже великий писатель, и поэтому я не спешил писать.
Аристотеля спросили: — Почему завистники всегда чем-то огорчены? — Потому что их снедают не только собственные неудачи, но и успехи других, — ответил он.
