Форма её любви – безмолвная; но свободно идущая из глубинных лабиринтов души, – и прорастающая у сердца розами. <...> Для кого-то, уготована рана от тонких шипованных стеблей; кому-то предназначена мягкость медовых лепестков. Сердце при этом будет оставаться полным нежности, а чувства, уязвимыми; но распоряжаться ими будут осторожно; то чудесно изливаясь и благоухая, – то вонзаясь и прячась в миг.