Цели нет! Разве у Бога могла быть цель? Какой опыт мог научить его, какое размышление определит эту цель? До начала она не была бы действенна, а теперь стала бесполезна.

Я бы хотел, чтобы вы прежде всего научились искусству жить среди людей так, чтобы не страдать самим и не заставлять страдать других.

Радоваться и страдать я научилась одновременно. Я научилась тому, что счастье — не в богатстве: у меня никогда ничего не было, но я была по-настоящему счастлива.

Я не хотел ничего принимать всерьез; я подходил к идеям и к людям настороженно, старался всегда быть готовым к их утрате, чтобы меньше страдать, если и в самом деле лишусь их.